Рудитапес филиппинский! Выкопать и приготовить!

Всем привет, это опять я! У нас на Сахалине наконец-то тёплое лето, вот в одной футболочке хожу. И сейчас время пособирать всякие морские вкусности. Как вы видите за моей спиной обширная мель. Это морская трава, но вода в отлив ушла, поэтому трава вся легла на песок. Это как раз отличные условия, чтобы пособирать всякой живности. На берегу полным-полно отдыхающих. Сегодня воскресенье, и я, честно говоря, не любитель ездить на собиралку в воскресенье, но так совпало, что в воскресенье хороший отлив и поэтому я здесь. Вот все эти люди уже идут что-то собирать. Основная моя цель на сегодня - это двустворчатые моллюски. Рудитапес филиппинский. Вокруг очень много обломков раковин. Это мёртвые ракушки, которых уже съели, либо трубачи, либо птицы. Люди вряд ли, потому что люди ракушки на месте не едят, они их уносят с собой. Поэтому это какая-то местная смертность. Крабик. Это очень хороший знак. Как определить где собственно эти ракушки находятся: делаем вот так. Одна. Пустая. Полная. Опять полная. Пустая. Площадь размером с ладонь, и собрано уже пять некрупных ракушек. Все они называются Рудитапес филиппинский. По-русски просто Петушок. Но мне название Петушок не нравится и я его называю просто Рудитапес. Удобнее всего этих моллюсков копать при помощи двух тарелок. Одна тарелка роет песок. Здесь моллюски покрупнее. Вторая миска нужна, чтобы промыть их от песка. Снова миской загребли и тут же показались верхушки этих ракушек. Так и собираем. Миской провели, верхушку увидели и подобрали. Ещё можно ориентироваться по звуку, потому что миска по дну скребёт и на ракушке она делает это максимально звонко. Минута, может полторы, и уже где-то 1/3 миски ракушек, причём размер у ракушек хороший. Продолжаем. Ещё удобнее чем миска для этих дел есть такая, знаете, садово-огородная штука, я не знаю как она называется. У неё несколько зубцов четыре-пять на очень короткой ручке, ей также очень удобно искать залежи ракушек. Везде сидят. Вот очередная мисочка. Хорошо собирается и размер у ракушек крупный. Народу подтягивается всё больше и больше, но в основном идут вон туда, за устрицами. Только что мимо меня прошли три северных корейцы, судя по выговору, и потопали прям с мешками за устрицами. Причём в правилах рыболовства чётко сказано, что все лимиты на тех же устриц на гражданина. Являются ли эти ребята, которые даже по-русски не говорят, гражданами, я не знаю, но как-то выглядит всё не очень. Эти ракушки как и многие другие в процессе своей жизнедеятельности выбрасывают из себя воду. И вот видите, на поверхности вот такие отверстия, через все эти отверстия когда-то какая-то ракушка пускала фонтанчик, поэтому появилось отверстие. Она делает это, конечно же, неоднократно. Она это делает постоянно. Она всасывает в себя воду вместе с питательными веществами, фильтрует эту воду и потом выплёвывает воду, в которой уже ничего нет. Иду по краю отмели. Вот журчат ручейки, это потому, что ещё час назад вот эта отмель была полностью под водой, вода ушла, поэтому вода торопится слиться с неё. Сколько рыбы прямо в месте входа ручейка, на краснопёрку похоже, стаями большими бегает. Народу всё только больше, вот это какие-то уже постоянные лагеря с кучей устриц. Имею в виду съеденных раковин. Вон возле них белые пятна с жёлтым, этот как раз валяются раковины от съеденных устриц. День продолжается, народ вовсю собирает. А вот место, которое когда-то было устричной банкой, во всяком случае, я его ещё помню как устричную банку. Но с каждым годом людей всё больше, хотят съесть всё сильнее и устриц едят в арифметической прогрессии. Ну и скорее всего скоро они здесь кончатся. Так что, возможно, устрицам осталось здесь года три-четыре, вряд ли больше. Только зашёл в траву тут тут же другая живность. Вот пятиугольный волосатый краб, отпустим его. Ага побежал, побежал. Вот трубач. Вот морской ёж. Трубача брать не хотел, но вижу такой крупный, поэтому сначала возьму, и если таких соберу десяток, то тогда отпускать не буду и приготовлю. А если будет меньше десятка, то всех на глубине утоплю. Сейчас не все смогут разглядеть, тут нужен реально острый глаз, я вот вижу трепанга. Он ползает совершенно нечуя зла. Опознать очень просто, он растопырил свои шипики. А когда он почует зло, он будет превращаться в такого расползшегося слизня. Сейчас он, скорее всего не понимает, что происходит. Хотя нет, уже начинает понимать, видите, появились белые точки, это он почуял зло. Этого, разумеется назад, сейчас только сфотаю в Telegram, и назад. Вернёмся к нашим ежам. Одного почистил, чтобы понять, есть ли в нём икра, а то он мог 2 дня назад отнереститься и у него в нём ничего нет. Просто берёшь и языком слизываешь. Вкус очень близок к куриному желтку, только очень солёный. Это не мусор. Это съестся, это перемелется. Поэтому бумажки и пластик я не бросаю, а панцири бросаю всегда. А вон крабы женятся. Один краб схватил другого, прижал к себе. Большой схватил маленького, прижались ртами (ротовыми аппаратами) и женятся. Периодически там-сям выпрыгивают креветки. Эта креветка называется Травяной чилим. Травяного чилима я, как меня завещал отец ещё, ем всегда сырым. Я ему, ну извините не на камеру, оттяпываю голову, вот так выдавливаю его мясо из панциря и просто ем. Сырое мясо максимально сладкое. Варёная креветка нередко этого лишена. У сырой креветки прям такой терпкий сбалансированный вкус, а варёная креветка часто сладко-солёная, такая прям сливочная, то есть вкус кардинально разный. Чилимов много ползает. Где ты? Убежал. Процесс поиска в траве не визуальный. Процесс поиска в траве тактильный, то есть нащупал что-то ногой, проверил рукой. Это может быть камень, это может быть мёртвая ракушка. Это может быть что-то вполне съедобное. Гребешок, маленький правда. Маленьких мы отпускаем. И продолжаем искать. Это у нас морской ёж. Нашёл третий по счёту гребешок. Он лежал в воде и сверху был прикрыт растущими на нём водорослями, то есть заметить его ну почти без шансов, но я на него наступил, почувствовал что что-то твёрдое и подобрал. Это гребешок Свифта. Я уже подхожу к берегу, а на берегу много народу, пахнет шашлыком. Мамки, няньки, дети. Добрался я до дома. Время для говорящих рук. Я собрал миску такого шикарного трубача, мелкого всего выбрасывал. Вот такого трубача, вот так на ладони лежит, я уже считаю достаточно крупным, чтобы брать в еду. Его я буду варить, потом чистить, и можно уже сразу просто его выковыривать из раковин, очищать от кишков и есть. Тоже самое касается гребешка. Тоже самое касается устриц. Взял три случайные. Так что с этим всё просто. А вот что делать с Рудитапесом сейчас покажу. Вот так выглядят варёные устрицы. Устрицу можно просто так съесть, она будет солёненькая. Можно добавить какого-нибудь острого соуса, можно кислого соуса, можно просто налить апельсинового сока, свежевыжатого разумеется, лимонного, кто как любит. А вот так выглядят гребешки Свифта. Оранжевое - это гонады, орган размножения. А по центру собственно мышца, главное достоинство гребешка. Таких я ем целиком, так же как и устриц. Сварился трубач. Он изменил цвет. Сейчас я при помощи вилки буду доставать мясо из раковин, очищать мясо от кишков, это делается вот таким движением большого пальца. Давайте покажу. Вынимается трубач. Он довольно большой, но всё, что выше тёмного, это уже большей частью кишки. Причём там есть кишки, которые не очень хорошо на человека влияют, они галлюциногенные. И когда я в прошлый раз про эту галлюциногенную железу рассказывал, было масса комментариев типа вот сейчас наркоманы полезут, круто, наркота. Ребят, во-первых, наркота это плохо. Во-вторых, здесь такое наркотическое опьянение... Я один раз попадал под него, у вас в глазах всё четверится, тошнит, то есть всё достаточно плохо, настолько плохо, что повторять больше никогда не хочется. Ну а любые наркотики это прежде всего зависимость от того, кто их вам продаёт. Зачем вам это. А теперь про Рудитапес. Это мой специальный тазики для посолки рыбы. Я не из тех любителей, кто рыбу кладёт в ванную. В тазике бывшая крышка от какой-то корзинки, она как решето. Я её укладываю в тазик, дна она не достаёт. То есть она находится на некотором расстоянии от дна. Самое главное, чтобы Рудитапес очистился от песка. Я его выкладываю на эту решётку, стараюсь равномерным слоем, так, чтобы он друг другу не мешал, а потом я его залью специально привезённой с собой с моря морской водой. Я набрал целую канистру. Вот она 25 л. Рудитапес нужно тут оставить примерно на сутки, он будет постоянно выфильтровывать из себя песок. Песок сквозь отверстие решётке будет падать на дно, препятствуя тому, чтобы он его обратно опять в себя засасывал. Ракушки уложены одна к одной. Заливаем всё как следует водой. Ракушки простояли в воде чуть больше суток. Вода стала слегка мутновата. Это как раз процесс выплёвывания ракушками всего лишнего. Они повысовывали свои сифоны, вот сейчас, думаю, можно будет это разглядеть. Один впускной, другой выпускной. То есть одним вода засасывается, вторым вода выплёвывается. И вместе с ними выплюнут песок. Я отсюда набираю ракушек столько, сколько мне нужно. Поскольку весь таз сейчас съесть нереально, оставшиеся ракушки я слоем разложу на подносе, заморожу в морозилке и когда они каждая по отдельности замёрзнут, сложу в пакетик и это будет такая заготовка на будущее. Сейчас, всё что видно на дне, грязь, какой-то песок, водоросли, это всё, что выплевала из себя эта банда ракушек. Могло быть и больше. Обычно плюются гораздо серьёзнее. Ракушки я промыл в пресной воде, также пресной водой их залил. Главное не перелить слишком много воды, вода должна покрыть ракушки сверху. То есть ракушка, представьте себе, как возможность образования бульона, и если воды будет слишком много, то ракушка не даст должной насыщенности бульона. То есть, чтобы бульон был вкусным, вода должна чуть-чуть ракушку покрыть. Если воды будет больше, бульон будет невкусный. Если воды будет меньше, бульон будет вкуснее, но тогда и количество порций сократится. Солить не надо, в самих ракушках достаточно соли. Потом будет добавлена паста Миса, которая тоже солёная. Ракушки уже близки к закипанию и самое время пока кипящая вода не обжигает вам руки неторопливо через ситечко растереть мисо пасту. Если нет ситечка, я, бывает, когда мне лень, я просто бросаю кусок пасты Миса в суп и помешиваю, жду, что он как-нибудь сам там через какое-то время развалится. Бывает он, конечно каким-то там крупным комком и остаётся, но чаще разваливается. Суп на глазах делается мутным от Миса и, повторюсь, Миса солёный. В вашем ситечке останутся не протёртые бобы, их просто туда надо выкинуть, то есть то они такие и должны быть. Всё. Теперь я просто дождусь, когда суп закипит. Судя по всему он уже начинает, и дам ему покипеть около 4-5 минут. Ракушки особенно варить не надо, их хватит просто ошпарить. Но за эти 5 минут часть их вкуса перейдёт в бульон, что мне и нужно. В процессе варки у ракушек мышца, соединяющая две створки, которая, собственно, удерживает их в закрытом состоянии, ошпаривается кипятком и прекращает свою работу, створки раскрываются. Таким образом, ракушки всегда будут вылезать из кастрюли шапкой. То есть, если раньше они лежали вровень с водой, то сейчас они уже на высоту двух пальцев отсюда вылезают. Это ещё не предел. Супец можно считать готовым. Трудно его называть стопроцентно супом, я считаю, что я всё-таки приготовил ракушки и есть я буду в первую очередь ракушки, а бульон к ним очень удобная вкусная солёная запивочка. Ракушка избавилась от песка, она идеально чистая. Есть её, разумеется, нужно целиком. Правда, для начала всё это великолепие я обычно посыпаю зелёным луком. Таким образом здесь мы имеем три ингредиента: это ракушки, паста мисо и зелёный лук. Потом вот так разомкнули ракушку, взяли мясо отсюда целиком и бульончиком запили. Это грандиозно. Дай Бог каждому! Всем пока-пока!